ОСЛОЖНЕНИЯ ПУНКЦИИ БЕДРЕННОЙ АРТЕРИИ И ПУТИ ИХ МИНИМИЗАЦИИ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ УЛЬТРАЗВУКОВОЙ ПОРТАТИВНОЙ СИСТЕМЫ LUMIFY

Для цитирования:
Христофорова М. И., Петров А. Е., Иванов А. А., Синицын П. С., Воронов В. Г., Раджабов С. Д., Назарбеков А. Н., Мансуров А. С.
Осложнения пункции бедренной артерии и пути их минимизации с использованием ультразвуковой портативной системы lumify. Клиническая больница. 2024; 2(41): 23-33.
http://doi.org/10.56547/22263071_2024_2_23

Введение
Чрескожная церебральная и коронарная ангиография, а также эндоваскулярные вмешательства стали краеугольным камнем в диагностике и лечении сосудистой патологии, и в частности патологии сосудов головного мозга. Бедренная артерия (БА) по-прежнему является основным местом доступа. Частота осложнений внутрисосудистых вмешательств, связанных с феморальным доступом, значительно варьируется в литературе, составляя 1,5–9,0% наблюдений [1, 3, 8, 16, 19, 23]; 2–12% [2, 3, 15, 21]; 2–17% [7].
Причиной такого разброса данных является ряд ограничений в анализе при ретроспективной оценке осложнений, а также неполнота многих исследований в связи с отсутствием в них УЗИ-диагностики после процедуры. Нельзя отрицать и роль прогресса в развитии инструментальных возможностей.
За последние два десятилетия частота серьезных осложнений резко снизилась. Так, оценивая опыт клиники Мэйо, связанный с крупными бедренными кровотечениями после чрескожных коронарных вмешательств, B. J. Doyle и соавт. отмечают, что частота возникновения бедренных гематом, превышающих 4 см, и переливаний крови и бедренных кровотечений, требующих хирургического вмешательства, существенно снизилась с 7% в середине 1990‑х годов до 2,8% в начале 2000‑х [2].
Осложнения феморального доступа могут быть опасными для жизни, приводить к увеличению сроков госпитализации, утяжелению течения послеоперационного периода и повышению частоты гемотрансфузий [2, 3, 15, 21]. Неблагоприятные события, такие как кровотечение, формирование псевдоаневризмы и длительная госпитализация, оказывают существенное влияние на отдаленные клинические результаты. В метаанализе более чем 14 000 пациентов, перенесших коронарное вмешательство с применением доступа через БА, кровотечение в месте пункции было независимо связано с возрастанием смертности в течение одного года [7].
Таким образом, осложнения пункции и катетеризации БА развиваются нередко и могут существенно ухудшать течение и исход заболевания, поэтому вопрос профилактики этих осложнений является весьма актуальным.

Техника доступа
Стандартной техникой артериальной пункции в настоящее время является метод, предложенный и разработанный в 1953 году шведским интервенционным радиологом S. I. Seldinger [2]. Процедуру осуществляют в стерильных условиях с применением местной анестезии в области пункции артерии, после которой атравматический проводник устанавливают через полость иглы и продвигают в просвет сосуда. Иглу убирают, а проводник остается в артерии. По проводнику вводят интродьюсер, через который в дальнейшем используют диагностические катетеры и другие инструменты. Для обеспечения гемостаза в месте пункции артерии при феморальном доступе производят механическую (мануальную или пневматическую) компрессию с назначением постельного режима либо применяют специальные устройства для закрытия артериального доступа [3, 6, 12, 25].

Анатомия
Оптимальное расположение места пункции артерии – наиболее важный фактор в минимизации частоты осложнений [1, 10, 18, 21, 22]. Традиционно паховая связка используется как подходящий ориентир в качестве маркера места доступа и забрюшинного пространства [10, 21]. Позиции артериотомии ниже бифуркации бедренной артерии или выше отхождения нижней эпигастральной артерии (НЭА) связаны со значительными сосудистыми осложнениями [10]. «Идеальный» участок анатомической пункции БА (рис. 1) находится над средней частью головки бедренной кости, над бифуркацией БА и под паховой связкой [22]. Считается, что в большинстве случаев (более 90%) БА пересекает головку бедра, в 99% бифуркация ее располагается ниже головки бедренной кости (глубокие и поверхностная БА) [18]. Тем не менее существует заметная индивидуальная изменчивость анатомии. Так, по данным УЗИ-исследования, перед пункцией высокая бифуркация общей БA, возникающей выше нижней границы головки бедра, выявлена у 31% пациентов [15].
Проблемы, связанные с безопасным доступом к БА, включают возможность отчетливо визуализировать ее и значительную индивидуальную вариабельность анатомии [10, 21, 24]. Анатомические ориентиры, такие как передняя верхняя подвздошная ость и пупартова связка, могут быть особенно ненадежными маркерами у пациентов с ожирением. Таким образом, указанные ориентиры не всегда могут точно отражать оптимальное положение артериальной пункции.

Факторы риска осложнений
Факторы риска развития осложнений феморального доступа могут быть как физиологическими, так и анатомическими. К физиологическим факторам риска относят возраст, индекс массы тела (высокие или низкие индексы массы тела), артериальную гипертензию, женский пол и уровень антикоагулянтов [10, 11, 17, 18]. Анатомические факторы риска включают высокое расположение бифуркации БА, кальцификацию сосудов [10, 18, 21, 24]. В ряде исследований выделяют факторы риска осложнений, предшествующие процедуры доступа или шунтирования. Факторы, связанные с хирургической или процедурной техникой, включают доступ слева и справа, метод пункции (ориентиры с применением рентгеноскопического и ультразвукового контроля), размер введенного интродьюсера, перипроцедурную/постпроцедурную антикоагулянтную терапию и использование закрывающих устройств [4, 10, 11, 17, 18].

Расслоение бедренной и подвздошной артерий встречается редко – в 0,42% случаев осложнений катетеризации БА [1, 14, 18, 25]. К появлению этого осложнения предрасполагают выраженный атеросклероз сосудов и травматизация артерии в процессе установки проводника.
Окклюзирующая диссекция (расслоение) может быть жизнеугрожающим осложнением, поэтому в случае, если были сложности при установке проводника, рекомендуют проведение контрольной ангиографии БА. При небольших дефектах возможно спонтанное заживление: достаточно извлечь проводник и провести внешнюю компрессию места пункции. При протяженном расслоении, вызывающем нарушение кровотока, проводят ангиопластику и стентирование [18, 25]. Окклюзия бедренной и подвздошной артерии тромбом или эмболом – редкое осложнение, встречающееся менее чем в 0,8% случаев, возникает обычно у пациентов с малым диаметром артерии, сахарным диабетом, облитерирующими заболеваниями нижних конечностей, наличием тромбов в полостях сердца, сосудистыми аневризмами. Кроме того, тромбоэмболической окклюзии артерии способствует длительное пребывание катетера в сосуде. Клинически артериальная окклюзия проявляется болью в конечности, побледнением кожи, нарушением чувствительности и двигательной функции, отсутствием периферического пульса. УЗИ и ангиография помогают точно определить место окклюзии. Профилактика тромбоэмболии БА заключается в частом промывании катетера и применении антикоагулянтов во время длительных процедур, связанных с катетеризацией артерий. Небольшие тромбоэмболы могут лизироваться спонтанно, а крупные, вызывающие выраженные клинические проявления, требуют применения тромболизиса или эмболэктомии [18, 25].
Феморальная нейропатия – более редкое осложнение, встречается у 0,21% пациентов после феморального доступа и представляет собой повреждение бедренного нерва в результате проведения пункции или сдавления гематомой [14, 25]. Клиническая картина складывается из ощущений боли и покалывания в месте пункции, онемения, слабости и нарушения движений в конечности. Лечение преимущественно симптоматическое. Применяют также физиопроцедуры и мероприятия по ликвидации гематомы [25].
Материалы и методы исследования
В отделение хирургии сосудов головного и спинного мозга Российского научно-исследовательского нейрохирургического института имени профессора А. Л. Поленова – филиала ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр имени В. А. Алмазова» Минздрава России, составляющем 25 коек, ежегодно госпитализируются более 900 пациентов (927 – 2017 год, 1045 – 2018 год), из них оперируются 96,7% как открытым, так и эндоваскулярным доступом, а в ряде случаев – комбинированным. Внутрисосудистые вмешательства, диагностические и контрольные ангиографии с применением бедренного доступа составляют более 800 вмешательств в год, и их число в динамике нарастает. В отличие от кардиологических и общих сосудистых отделений, в нейрохирургическом отделении проводятся многоэтапные внутрисосудистые вмешательства в течение года, большинству больных выполняется контрольная ангиография через 6 и 12 месяцев после вмешательства. Таким образом, большинство пациентов подвергается повторным исследованиям в течение года с использованием феморального доступа, что само по себе повышает риски осложнений.
В Российском научно-исследовательском нейрохирургическом институте имени профессора А. Л. Поленова – филиале ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр имени В. А. Алмазова» Минздрава России для оценки доступа через БА и минимизации осложнений была протестирована ультразвуковая портативная на базе мобильного приложения Lumify (Philips). Телеультразвуковая система, разработанная для оперативной диагностики в неотложной ситуации и формирования «второго мнения» на расстоянии, позволяет проводить УЗИ с помощью планшета прямо у постели пациента, в том числе в палате реанимации или интенсивной терапии (рис. 3).
За период с 21.08.2019 по 14.10.2019 в исследование было включено 69 случаев у 46 пациентов, находившихся на лечении с патологией сосудов головного мозга, которым был произведен ретроградный доступ по методике Сельдингера через БА (рис. 4). Женщин в исследовании – 28, мужчин – 18. Возраст – 30–71 год. Средний возраст в группе мужчин составил 54,7 года, средний возраст в группе женщин – 54,9 года. Часть исследований выполнена перед катетеризацией артерии, всем пациентам проведена оценка области пункции после вмешательства, в ряде случаев осуществлялся контроль до и после удаления интродьюсера. Мы систематически оценивали область пункции БА на выявление гематом, псевдоаневризмы и артериовенозной фистулы с применением ультразвуковой оценки паховой области. У больных с подтвержденными осложнениями по данным УЗИ определялась оценка в динамике.
Для выявления возможных факторов риска развития осложнений бедренного доступа учитывали пол, возраст, индекс массы тела, размер интродьюсера, количество предыдущих пункций, прием двойной дезагрегантной терапии: (клопидогрел/плавикс/75 мг + аспирин 100 мг, тикагрелор/брилинта/90 мг × 2 раза в сутки + аспирин 100 мг), наличие сопутствующей патологии (сахарный диабет, распространенный атеросклероз, гипертоническая болезнь). Выявлено 3 ложных аневризмы, не потребовавших хирургического лечения. Один пациент оперирован в связи с развитием забрюшинной гематомы.

Клинический пример № 1
Пациентка К., 65 лет, госпитализирована с диагнозом: I67.1 Аневризма мозга без разрыва. Мешотчатая аневризма V4‑сегмента левой позвоночной артерии в месте отхождения задней нижней мозжечковой артерии. Хронические заболевания в анамнезе: гипертоническая болезнь (ГБ) II степени; артериальная гипертензия III степени; риск сердечно-сосудистых осложнений (ССО) 3; хроническая сердечная недостаточность функционального класса (ХСН ФК) 1–2 по NYHA; стенокардия напряжения; сахарный диабет II типа компенсированный; варикозная болезнь вен нижних конечностей; язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки (ремиссия); мочекаменная болезнь (МКБ); желчнокаменная болезнь (ЖКБ): холецистэктомия в 1992 году. Произведена подготовка к имплантации отклоняющего поток стента в левую позвоночную артерию. Вмешательство проводилось на фоне приема тикагрелора/брилинты/90 мг × 2 раза в сутки + аспирин 100 мг.
Произведена имплантация отклоняющего поток стента PED‑300-12 в просвет позвоночной артерии на уровне отхождения аневризмы и задней нижней мозжечковой артерии (ЗНМА), получена стагнация контраста в просвете аневризмы, проходимость ЗНМА сохранена. В раннем послеоперационном периоде, через 4 часа после операции, у пациентки появились боли в правой подвздошной области, тяжесть в правых отделах живота, сухость во рту. При осмотре: бледность кожных покровов, АД 90/60 мм рт. ст., при пальпации – болезненность в правой подвздошной области локально, в области установленного интродьюсера Avanti 7F, без признаков гематомы и уплотнения мягких тканей, кровоточивости в области интродьюсера нет. Заключение: заподозрено забрюшинное кровоизлияние.
Выполнено УЗИ прикроватным методом с использованием планшета и линейного датчика (ультразвуковая портативная система Lumify) (рис. 5б), на котором выявлены признаки внутреннего кровотечения в области пункции правой БА, в связи с чем принято решение интродьюсер не удалять. В анализе крови отмечено снижение показателей красной крови: со 122 до 103 г/л, эритроцитов с 3,89 × 10^12/л до 3,25 × 10^12/л. Выполнена мультиспиральная компьютерная томография (МСКТ) брюшной полости + артериальная гипертензия (АГ). На серии МСКТ брюшной полости и малого таза справа в забрюшинном пространстве выявлена гематома размером 190 × 94 × 52 мм, правая почка смещена кпереди и латерально. На МСКТ-ангиографии брюшной аорты: в стенках брюшной аорты и подвздошных артерий выявляются множественные атеросклеротические бляшки; в стенках правой и левой БА прослеживаются единичные атеросклеротические бляшки; в просвете правой БА визуализируется интродьюсер, распространения контрастного вещества экстравазально не выявлено (рис. 5а).


Заключение: забрюшинное кровоизлияние. В экстренном порядке выполнено оперативное вмешательство – ревизия забрюшинного пространства, удаление интродьюсера, ушивание дефекта в общей БА справа, эвакуация гематомы. При ревизии выявлено подтекание крови из места входа интродьюсера в стенку правой общей БА, интродьюсер удален, выполнено ушивание дефекта в области общей БА, эвакуировано 50 мл лизированной крови со сгустками из межмышечного пространства. Переливание крови не потребовалось. В дальнейшем послеоперационный период протекал гладко, пациентка выписана на 12‑е сутки в удовлетворительном состоянии.

Клинический пример № 2
Пациентка М., 66 лет, госпитализирована с диагнозом: I 67.1 Аневризма мозга без разрыва. Множественные аневризмы сосудов головного мозга: М1 л средней мозговой артерии (СМА), правой внутренней сонной артерии (ВСА). Четыре месяца после разрыва аневризмы супраклиноидного отдела правой ВСА от 09.04.2019 с развитием субарахноидально-вентрикулярного кровоизлияния (НН 2, Фишер 4). Сопутствующие заболевания: цереброваскулярная болезнь (ЦВБ); атеросклероз сосудов головы и шеи; стеноз правой ВСА до 30%, стеноз левой ВСА до 30%; гипертензивная [гипертоническая] болезнь с преимущественным поражением сердца без (застойной) сердечной недостаточности; гипертоническая болезнь III стадии; риск CCO 4; хронический бронхит, вне обострения; хроническая анемия легкой степени тяжести. Гипотензивную терапию и статины не принимает. Курит 1 пачку в день (более 30 лет). Неврологическая симптоматика при поступлении в Российский научно-исследовательский нейрохирургический институт имени профессора А. Л. Поленова – филиал ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр имени В. А. Алмазова» Минздрава России в виде левостороннего легкого гемипареза до 4 баллов, преимущественно в руке.



Поступила в стационар с целью хирургического лечения. Планировалось выполнение хирургического вмешательства в несколько этапов. Первым этапом было принято решение осуществить выключение аневризмы правой ВСА микроспиралями. Перед операцией пациентка получила нагрузочную дозу тикагрелора (180 мг), что, в случае необходимости, позволяло интраоперационно использовать стент.
В ходе операционного доступа потребовались неоднократные попытки пункции правой БА, однако, по причине выраженного атеросклероза, выполнить установку интродьюсера Avanti 7F не удалось, принято решение об осуществлении пункции левой БА. После нескольких попыток пункции удалось установить интродьюсер Avanti 7F в левую БА. Проведена ангиография из подвздошного отдела аорты: отмечается выраженное атеросклеротическое поражение обеих БА (рис. 6а). Ангиография из бассейна правой ВСА: двухкамерная аневризма в области супраклиноидного отдела правой ВСА размерами 7,6 × 5,3 мм; 8,7 × 5,9 мм с шейкой 3,4 мм; края камеры неровные, с дивертикулами на ее куполе. В области бифуркации М1‑М2 правой СМА отмечается милиарная аневризма размерами до 2 мм, не требующая хирургической коррекции.
Выполнено выключение аневризмы правой ВСА из кровотока с использованием микроспиралей. Тикагрелор отменен через 4 часа с момента завершения оперативного вмешательства – проведен мануальный гемостаз (ручная компрессия) без особенностей в течение 30 минут. Оставлена давящая повязка на бедре. На первые п/о сутки – в области пункции БА слева геморрагическое пропитывание. Осуществлено УЗИ паховой области с использованием ультразвуковой портативной системы Lumify – картина двухкамерной, частично тромбированной ложной аневризмы в проекции левой общей БА (рис. 7а). Наложена давящая повязка.
УЗИ-контроль проведен через 1 сутки. По данным УЗИ области бедра, выявлена картина двухкамерной аневризмы области левой БА, отмечается тромбоз меньшей камеры с функционирующей второй камерой размерами 33 × 17 × 10 мм. Гемодинамически пациентка стабильна. Принято решение продолжить лечение со следующими рекомендациями: постельный режим, давящая повязка на левое бедро, контроль показателей красной крови. В области пункции левой БА на 4‑е сутки по данным УЗИ сохраняется пульсирующая полость диаметром 3 см. На 5‑е сутки, по данным мануального осмотра, а также по данным УЗИ, отмечается тотальный тромбоз ложной аневризмы бедра. Субстрата для хирургического вмешательства нет. УЗИ-контроль на 8‑е сутки – данные прежние, тромбоз ложной аневризмы левой общей БА (рис. 7б). В дальнейшем пациентке выполнено микрохирургическое клипирование аневризмы левой СМА без особенностей.



Результаты исследования
Материалы исследования были подвергнуты статистической обработке с использованием методов параметрического и непараметрического анализа. Накопление, корректировка, систематизация исходной информации и визуализация полученных результатов осуществлялись в электронных таблицах Microsoft Excel 2016. Статистический анализ проводился с использованием программы Statistica 13.3 (разработчик – StatSoft Inc.). Количественные показатели оценивались на предмет соответствия нормальному распределению, для этого использовался критерий Шапиро – Уилка (при числе исследуемых менее 50) или критерий Колмогорова – Смирнова (при числе исследуемых более 50), а также показатели асимметрии и эксцесса. В случае описания количественных показателей, имеющих нормальное распределение, полученные данные объединялись в вариационные ряды, в которых проводился расчет средних арифметических величин (M) и стандартных отклонений (SD), с границами 95% доверительного интервала (95% ДИ).
При сравнении средних величин в нормально распределенных совокупностях количественных данных рассчитывался t‑критерий Стьюдента. Полученные значения t‑критерия Стьюдента оценивались путем сравнения с критическими значениями. Различия показателей считались статистически значимыми при p < 0,05. Для сравнения нескольких связанных групп пациентов (например, значений показателя на разных этапах наблюдения) применялся однофакторный дисперсионный анализ с повторениями. Статистическая значимость изменений показателя в динамике оценивалась с помощью следа Пиллая (Pillai’s Trace).
Отчетливой корреляции риска развития осложнений с исследованными факторами, такими как возраст, индекс массы тела, размер интродьюсера, количество предыдущих пункций, прием двойной дезагрегантной терапии (клопидогрел/плавикс/75 мг + аспирин 100 мг; тикагрелор/брилинта/90 мг × 2 раза в сутки + аспирин 100 мг), наличие сопутствующей патологии (сахарный диабет, распространенный атеросклероз, гипертоническая болезнь), получено не было. Наибольшая связь риска осложнений (статистически не достоверная) отмечена с женским полом.
Таким образом, следует признать, что основные риски осложнений связаны с вариабельностью анатомии, сложностями пункции (повторные вмешательства), а также нарушением техники пункции. Эти факторы являются причиной от 1,5 до 4,0% осложнений во всех клиниках, где применяют бедренный доступ [1, 15, 18].

Дискуссия
Большинство работ, посвященных осложнениям доступа через БА, принадлежит интервенционным кардиологам, а также сосудистым интервенционистам. В последние 10 лет наблюдается тенденция перехода на трансрадиальный доступ для минимизации осложнений [11, 14]. Однако, с точки зрения эндоваскулярного нейрохирурга, феморальный доступ остается основным как для диагностики, так и для оперативных вмешательств. Роль трансрадиального доступа весьма ограничена в эндоваскулярной нейрохирургии из-за анатомических особенностей манипуляции на брахиоцефальных и интракраниальных артериях с необходимостью контроля всех сосудистых бассейнов мозга.
Понимание факторов риска и осложнений, связанных с пункцией и катетеризацией БА, крайне важно. Следует полагать, что постоянное совершенствование в технике будет способствовать уменьшению осложнений доступа. Причины геморрагических осложнений следующие: ошибки, допущенные в момент пункции и катетеризации артерии; наличие факторов риска, увеличивающих вероятность осложнений в течение катетеризации или после удаления катетера [4, 10, 18, 25].
При высокой пункции артерии непосредственно на уровне паховой связки достоверно повышается риск развития такого серьезного и потенциально летального осложнения, как забрюшинное кровотечение [10, 11]. При повторных пункциях артерии увеличивается риск развития любых геморрагических осложнений [4, 18, 21, 25]. Сквозная пункция артерии, когда прокалывается задняя стенка артерии, также повышает вероятность подобных осложнений и может приводить к неэффективности гемостаза даже при использовании герметизирующих систем [4, 12, 16, 19]. Прием антикоагулянтов, антиагрегантов, фибринолитических препаратов или наличие эпизодов артериальной гипертензии также влияют на частоту формирования гематом [1, 4, 5].
Геморрагические осложнения катетеризации БА развиваются нередко и могут существенно ухудшать течение и исход заболевания, поэтому вопрос их профилактики остается актуальным. Профилактические мероприятия можно условно разделить на проводимые в момент катетеризации и при удалении катетера. При катетеризации артерии следует соблюдать следующие правила: во‑первых, пунктировать артерию необходимо на 2–3 см ниже паховой связки; во‑вторых, нельзя многократно пунктировать артерию; в‑третьих, следует избегать сквозной пункции артерии. УЗИ-контроль на этапе удаления катетера из артерии является важным аспектом в профилактике формирования гематом и ложных аневризм.
До 90‑х годов прошлого века для профилактики кровотечения из дефекта артериальной стенки после извлечения катетера использовали механическую компрессию и различные бандажи. Это сопровождалось длительной, в течение нескольких часов или суток, иммобилизацией пациента и дискомфортом.
Для минимизации риска развития осложнений с 1991 года в клинической практике начали применяться различные герметизирующие системы. В настоящий момент используют более 25 герметизирующих систем с различными принципами работы: аппликация коллагена, коллагена с тромбином или коллалена с анкором, наложение сосудистого шва, укладка гемостатических заплат и подушек, степлирование и клипирование дефекта сосудистой стенки [24]. В течение последних 10 лет наибольшее распространение получили такие герметизирующие системы, как Duett, VasoSeal, Angio-Seal, Perclose и StarClose [3, 4, 6, 9, 12, 19].
В результате проведенных многоцентровых исследований не было выявлено достоверных отличий в частоте развития осложнений при использовании механической компрессии и различных герметизирующих для общей группы пациентов [3, 4, 6, 12, 15].
Мультицентровые исследования не выявили однозначно достоверных физиологических факторов риска осложнений феморального доступа, однако анатомические факторы, такие как высокая пункция БА, достоверно повышают риски геморрагических осложнений. Вариабельность анатомии требует верификации места пункции и положения катетера, что осуществляется как флюороскопией, так и УЗИ-навигацией [1, 13, 15, 22]. Использование этих двух методик способствовало значительному снижению частоты осложнений доступа через БА. Однако следует верифицировать и состояние артерии при удалении инструментария и после состоявшегося гемостаза, что в режиме реального времени достигается с помощью УЗ-исследования [1, 4, 13, 15].
Ультразвуковая портативная система Lumify показала удобство и простоту применения у пациентов, подвергнувшихся эндоваскулярным вмешательствам с использованием феморального доступа, и позволила своевременно распознать и контролировать лечение развившихся осложнений. Исследования и изображения можно экспортировать из ультразвуковой портативной системы Lumify на сервер DICOM PACS, на общий сетевой ресурс или в локальный каталог. Изображения можно отправлять по электронной почте. Немаловажной представляется возможность телемедицинской консультации у постели больного с сосудистыми и абдоминальными хирургами, специалистами лучевой диагностики для уточнения характера осложнений и выбора оптимальной тактики лечения при помощи Lumify с интегрированной телеультразвуковой системой и службой Reacts, которая позволяет связаться с добавленными пользователями и передавать изображения в режиме реального времени.

Заключение

1. При катетеризации БА для минимизации осложнений следует пунктировать артерию на 2–3 см ниже паховой связки, избегать многократных пункций артерии и повреждения задней стенки артерии, что бывает при сквозной пункции.
2. При катетеризации артерии необходимо учитывать риски развития осложнений, методы их коррекции, а также иметь возможность коллегиального и быстрого обсуждения ситуации с ангиохирургом, эндовазальным и абдоминальным хирургом, специалистом ультразвуковой и лучевой диагностики, что легко достижимо с помощью Lumify с интегрированной телеультразвуковой системой.
3. Использование ультразвуковых методик при выполнении бедренного доступа, удалении инструментария и контроле гемостаза снижает риски и частоту тяжелых осложнений и позволяет контролировать эффект лечения.
4. Ультразвуковая портативная система Lumify является удобным прикроватным методом УЗИ-диагностики и лечения осложнений бедренного доступа.

ЛИТЕРАТУРА

1. Access site pseudoaneurysms after endovascular intervention for peripheral arterial diseases / A. Eleshra, D. Kim, H. S. Park [et al.] // Ann. Surg. Treat. Res. – 2019. – Vol. 96 (6). – P. 305–312.
2. 2. Ambulation 1 hour after diagnostic cardiac catheterization: a prospective study of 1009 procedures / B. J. Doyle, B. A. Konz, R. J. Lennon [et al.] // Mayo Clin. Proc. – 2006. – Vol. 81 (12). – P. 1537–1540.
3. Angio-Seal™ Evolution™ versus manual compression for common femoral artery puncture in neurovascular diagnostic angiography: A prospective, non-randomized study / J. Chung, D. W. Lee, O. S. Kwon [et al.] // J. Korean Neurosurg. Soc. – 2011. – Vol. 49 (3). – P. 153–156.
4. Body mass index and the risk of low femoral artery puncture in coronary angiography under fluoroscopy guidance / M. Kim, M. A. Kim, H. L. Kim [et al.] // Medicine (Baltimore). – 2018. – Vol. 97 (9). – e0070.
5. Castro D., Martin Lee M. L. A., Bhutta B. S. Femoral vein central venous access // StatPearls. – Treasure Island (FL); StatPearls Publishing, 2024 (Jan). – URL: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/books/NBK459255/
6. Comparison of access site-related complications and quality of life in patients after invasive cardiology procedures according to the use of radial, femoral, or brachial approach / J. Roczniak, W. Koziołek, M. Piechocki [et al.] // Int. J. Environ. Res. Public. Health. – 2021. – Vol. 18 (11). – P. 6151.
7. Deitch S. G., Gupta R. Radioembolization complicated by dissection of the common femoral artery // Semin. Intervent. Radiol. – 2011. – Vol. 28 (2). – P. 133–136.
8. Femoral artery closure devices vs manual compression during cardiac catheterization and percutaneous coronary intervention / R. P. Kreutz, S. Phookan, Y. Bahrami [et al.] // J. Soc. Cardiovasc. Angiogr. Interv. – 2022. – Vol. 1 (5). – P. 100370.
9. Funaki B. Iatrogenic flow limiting arterial dissection // Semin. Intervent. Radiol. – 2008. – Vol. 25 (4). – P. 437–441.
10. Incidence of and predisposing factors for pseudoaneurysm formation in a high-volume cardiovascular center / H. Sarkadi, J. Csőre, D. S. Veres [et al.] // PLoS One. – 2021. – Vol. 16 (8). – e0256317.
11. Jacobi J. A., Schussler J. M., Johnson K. B. Routine femoral head fluoroscopy to reduce complications in coronary catheterization // Proc. (Bayl. Univ. Med. Cent.). – 2009. – Vol. 22 (1). – P. 7–8.
12. Mahabadi N., Lew V., Kang M. Anatomy, abdomen and pelvis: femoral sheath // StatPearls. – Treasure Island (FL); StatPearls Publishing, 2024 (Jan). – URL: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/books/NBK482388/
13. Major femoral vascular access complications after coronary diagnostic and interventional procedures: A Danish register study / D. Dencker, F. Pedersen, T. Engstrøm [et al.] // Int. J. Cardiol. – 2016. – Vol. 202. – P. 604–608.
14. Manda Y. R., Baradhi K. M. Cardiac catheterization risks and complications // StatPearls. – Treasure Island (FL); StatPearls Publishing, 2024 (Jan). – URL: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/books/NBK531461/
15. Noori V. J., Eldrup-Jørgensen J. A systematic review of vascular closure devices for femoral artery puncture sites //J. Vasc. Surg. – 2018. – Vol. 68 (3). – P. 887–899.
16.  Percutaneous treatment of vascular access-site complications: a ten years' experience in two centers / R. Minici, S. Paone, M. Talarico [et al.] // CVIR Endovasc. – 2020. – Vol. 3 (1). – P. 29.
17. Prosthetic joint infection – a devastating complication of hemiarthroplasty for hip fracture / E. Guren, W. Figved, F. Frihagen [et al.] // Acta. Orthop. – 2017. – Vol. 88 (4). – P. 383–389.
18. Real-time ultrasound guidance facilitates femoral arterial access and reduces vascular complications: FAUST (Femoral arterial access with ultrasound trial) / A. H. Seto, M. S. Abu-Fadel, J. M. Sparling [et al.] // JACC Cardiovasc. Interv. – 2010. – Vol. 3 (7). – P. 751–758.
19. Reducing bed rest time from five to three hours does not increase complications after cardiac catheterization: the three cath trial / R. Matte, S. Hilário Tde, R. Reich [et al.] // Rev. Lat. Am. Enfermagem. – 2016. – Vol. 24. – e2796.
20. Risk factors and temporal trends for vascular access-related complications in coronary procedures: evolving from femoral to radial approach / R. Gopar-Nieto, F. Huerta-Liceaga, N. L. Chávez-Gómez [et al.] // Arch. Cardiol. Mex. – 2019. – Vol. 89 (4). – P. 301–307.
21. Saleem T., Baril D. T. Vascular access closure devices // StatPearls. – Treasure Island (FL); StatPearls Publishing, 2024 (Jan). – URL: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/books/NBK470233/
22. Sherev D. A., Shaw R. E., Brent B. N. Angiographic predictors of femoral access site complications: implication for planned percutaneous coronary intervention // Catheter Cardiovasc. Interv. – 2005. – Vol. 65 (2). – P. 196–202.
23. SUrgical vs PERcutaneous ACCESS in transfemoral transcatheter aortic valve implantation (SU-PER-ACCESS Study) / A. G. Cammardella, M. Russo, M. Di Mauro [et al.]. Italian group for research and outcomes in cardiac surgery (GIROC) of the Italian society for cardiac surgery (SICCH) // J. Clin. Med. – 2024. – Vol. 13 (15). – P. 4471.
24. Ultrasound guidance versus anatomical landmarks for subclavian or femoral vein catheterization / P. Brass, M. Hellmich, L. Kolodziej [et al.] // Cochrane Database Syst. Rev. – 2015. – Vol. 1 (1). – CD011447.
25. Ultrasound-guided femoral access in patients with vascular closure devices: a prespecified analysis of the randomized UNIVERSAL trial / M. A. d'Entremont, S. Alrashidi, O. Alansari [et al.] // EuroIntervention. – 2023. – Vol. 19 (1). – P. 73–79.